Постоянная забота партии и правительства об инвалидах Великой Отечественной войны, врачебный контроль, осуществляемый путем периодических переосвидетельствований раненных в череп с ограниченной трудоспособностью, а также медицинского наблюдения за этими ранеными на самом производстве, и правильное решение вопросов трудоустройства таких раненых обусловили значительный процент работающих среди раненных в череп во время Великой Отечественной войны.
Полученные от раненых ответы позволяют судить о выполняемой ими работе. Существенно то, что среди раненных в череп с повреждением костей работает 87,5%, причем большинство выполняет прежнюю или даже более сложную работу. Часть раненых учится в высших учебных заведениях. Все это свидетельствует о хороших результатах специализированного лечения раненных в череп и является следствием того огромного внимания, которое партия и правительство уделяют инвалидам Отечественной войны. Это о них говорил В. М. Молотов на заседании Моссовета 6 ноября 1945 г.: «Необходимо, чтобы забота о людях, которые воевали и теперь возвращаются из армии домой, а также забота об инвалидах войны считалась важнейшей обязанностью советских и профсоюзных, партийных и комсомольских организаций, а также колхозов и их организаций в деревне».
И именно потому, что забота об инвалидах Великой Отечественной войны в нашей стране была поднята на уровень одной из важнейших государственных задач, в выполнении которой, помимо всех государственных органов, приняла самое горячее участие и советская общественность, отдаленные результаты лечения раненных в череп оказались столь благоприятными. Необходимо подчеркнуть, что большая роль в установлении понимания сущности процессов восстановления функций при повреждении головного мозга принадлежит русским физиологам. Основываясь на учении И. П. Павлова, советские ученые подвергли анализу большой материал Великой Отечественной войны, относящийся к проблеме восстановления функций головного мозга после огнестрельных ранений. Хотя природа восстановления функций после разрушения мозговой ткани до сих пор полностью еще не выяснена, однако уже вырисовываются основные пути решения данной проблемы.