Оперативные вмешательства, производившиеся раненным в мягкие ткани черепа, составляли от 0,4 до 1,7—2,2%, а процент эвакуации в тыл достигал в СЭГ 81,8.
Отсюда следует вывод, что группа более тяжело раненых с меньшим вероятием быстрейшего выздоровления госпитализировалась во фронтовом районе, а группу легко раненых направляли в тыл, где она и задерживалась на длительный срок вследствие развития у некоторых из них осложнений со стороны излишне иссеченных или совершенно необработанных ран мягких тканей черепа.
Некоторые недочеты в организации специализированной помощи раненным в череп имели место и во время Сталинградской битвы в 1942 г. В результате расположения госпитальной базы Сталинградского фронта вдали от города, ее сравнительно малых размеров в начальный период развертывания, поступления довольно значительного числа раненных на обратном порожняке, частых налетов вражеской авиации, а также расположения ГБФ на большой территории, при недостатке опыта в работе, часть армейских санлетучек, не разгружаясь, пропускалась транзитом через ГБФ и направлялась далее в тыл.
Недостаточное количество нейрохирургов в специализированном фронтовом госпитале обусловило сравнительно еще низкую оперируемость Среди поступивших раненных в череп с повреждением костей (12,3%), а стремление эвакуировать по возможности всех раненых в тыл выразилось в том, что из него эвакуировали 97,4% раненных в мягкие ткани черепа и 82,9% раненных в череп с повреждением костей.
Наряду с этим, госпитали общехирургическою профиля ГБФ Сталинградского фронта, принимая на себя тоже значительное количество раненных в череп, придерживались другой, более правильной тактики. Из этих госпиталей было эвакуировано в тыл всего лишь 20,5% раненых, причем в основном тяжело раненных в череп с повреждением костей.
Следует оговориться, что фронтовые госпитали были загружены главным образом ввиду значительного поступления легко раненых, наряду с необходимостью отказывать в приеме некоторым армейским санлетучкам, доставлявшим на ГБФ тяжело раненых и вынужденных следовать транзитом далее в тыл.
Подтверждением того факта, что находившиеся на излечении во фронтовых госпиталях раненные в череп были в основной массе легко ранеными, служит, в частности, то обстоятельство, что оперируемость их составила всего лишь 3,5%, а в группе раненных в череп с повреждением костей — 6,1%, с очень небольшой летальностью среди оперированных, выразив-гпейся для! группы раненных в череп с повреждением костей в 0,3%.
Если учесть это обстоятельство, то из отчетных данных ГБФ видно стремление госпиталей оставлять у себя на дальнейшее лечение этих раненых. Высокий процент выздоровлений (33,9 для раненных в мягкие ткани черепа и 8,6 для раненых с повреждением костей) свидетельствует о том, что в армии была еще недостаточно налажена работа по долечиванию легко раненных в мягкие ткани черепа и ГБФ, пытаясь компенсировать этот недочет, перегрузилась нетяжелыми ранеными. В результате этого часть тяжело раненных в черен ж мозг не могла быть принята фронтовыми госпиталями и эвакуировалась без обработки далее в тыл.
Значительный прогресс в системе организации специализированной помощи раненным в череп виден на примере боевой операции прорыва блокады Ленинграда (январь 1943 г.).