Суммарные данные о работе обоих специализированных госпиталей показывают, что в первый ХППГ, располагавшийся в течение первого месяца боевой операции в центре армии, поступило 54.2% всех раненных в череп; во второй ХППГ поступило 45,8% во время его работы на левом фланге армии. Следует отметить, что период работы второго специализированного ХППГ был короче, и, таким образом, в него ежедневно поступало раненных в череп не меньше, чем в первый госпиталь.
Если особо выделить только период прорыва блокады (с 12 по 19 января), то количество раненных в череп за это время составило 22,1% всех раненных в череп, поступивших в специализированные ХППГ. Таким образом, первые дни боевой операции оказались наиболее напряженными в смысле оказания лечебной помощи этим раненым.
Сроки поступления раненных в череп в специализированные ХППГ во время этой боевой операции колебались от 1 до 4 суток с момента ранения. 70,2% раненных в череп поступило на 2-е и 3-й сутки и 24,8% было доставлено в 1-е и 4-е сутки. Лишь 5,0% раненых поступило на 5-е сутки и позже от момента ранения; это были тяжело раненные в череп, оставленные на ДМП и в ХППГ первой линии до приведения их в транспортабельное состояние.
Около 30,0% раненых поступило с иммобилизацией головы сагиттально расположенными шинами Крамера, которые снимали сразу же по прибытии раненых.
По характеру повреждения поступившие раненые распределялись следующим образом: у 39,4% раненых имелись ранения черепа с повреждением костей и у 60,6% — ранения мягких тканей. Пулевые ранения черепа составили 16,0%, осколочные—84,0%. Слепых ранений черепа было 51,0%, касательных —30,4%, сквозных — 18,6%. Большинство слепых ранений было нанесено осколками. Среди сквозных, особенно среди диаметральных, ранений преобладали пулевые. Касательные ранения распределялись по виду ранящего снаряда примерно так же, как у всех поступивших раненных в череп.
Множественные ранения черепа имелись у 8,4% раненых, поступивших в специализированные ХППГ. Что касается раненных в череп, оставленных в госпиталях вследствие тяжелого состояния, то множественные ранения среди них составили 24,3%. В последнюю группу вошли раненые, получившие по 3—4—5 одновременных ранений черепа, часть из которых была проникающими.
Следует отметить, что у 35,6% раненых были множественные ранения черепа и других органов, что отягощало их состояние и требовало совместных действий хирурга и нейрохирурга. В этих случаях, если не имелось срочных показаний к оперативному вмешательству на черепе по поводу продолжающегося внутричерепного кровотечения, то в первую очередь производили операции на органах брюшной и грудной полости, а также обработку огнестрельных переломов костей. При проникающих ранениях черепа и множественных ранениях мягких тканей других органов в первую очередь обрабатывали рану черепа, а затем производили первичную обработку других ран.
Обращало на себя внимание значительное загрязнение ран черепа и раннее нагноение их. Уже на 3—4-е сутки у большинства раненых отмечались воспаленные края ран или гнойное отделяемое из ран. У 30,0% поступивших раненных в череп имелись чистые раны, у 55,0% были рамы загрязненные с воспаленными краями и у 15,0% имелись раны с гнойным, и ли гнилостным отделяемым.
Вследствие очень тяжелых ранений во время напряженных боев й неблагоприятных условий транспортировки по плохим дорогам около 20,0% раненных в череп с повреждением костей поступило в бессознательном состоянии; в состоянии оглушения было доставлено 40,0% и в ясном сознании поступило также около 40,0% раненных в череп.
У 21,0% раненных в череп были установлены простудные заболевания (грипп, бронхит, пневмония). Отморожения конечностей отмечены в отдельных случаях.
Поступившим раненым прежде всего предоставляли полный покой; применялась медикаментозная терапия по показаниям и устанавливали очередность обследования их в перевязочной.
Работа нейрохирургической группы ОРМУ сводилась в основном к сортировке поступивших раненных в череп, осмотру всех раненых в перевязочной со стрижкой и бритьем волос и перевязкой ран, к оказанию нетранспортабельным раненым помощи, в том числе и оперативной, по неотложным показаниям, к лечению послеоперационных и нетранспортабельных раненых, а также к эвакуации раненых на ГБФ.
Во время этой боевой операции нетранспортабельными ввиду тяжелого состояния считали раненных в череп:
1) при продолжавшемся внутричерепном кровотечении или возраставшем гипертензионном синдроме;
2) в состоянии шока или в бессознательном состоянии, если после соответствующих лечебных мероприятий раненые не вышли из этого состояния;
3) с обширными ранениями вещества мозга, с повреждением ствола мозга, желудочков, двух или трех долей, двух полушарий мозга и т. д.;
4) с массивными неврологическими нарушениями в виде бульбарных симптомов, тетраплегий и т. д.;
5) с признаками развития внутричерепных осложнений в виде менингитов, энцефалитов и наблюдавшихся в отдельных случаях ранних абсцессов мозга. Наличие «злокачественной> протрузии мозга также являлось противопоказанием к транспортировке на ГБФ;
6) при наличии пневмонии.
Сюда же относились и отдельные случаи закрытой травмы черепа с подобными явлениями.
Часть нетранспортабельных раненых (около 38,0%) после консервативных лечебных мероприятий в виде покоя, согревании, введения средств, возбуждающих сердечно-сосудистую и дыхательную деятельность, дегидратации, переливаний крови, сульфаниламидов и т. д. была вскоре выведена из тяжелого состояния и после 1—2-дневной госпитализации эвакуирована на ГБФ. Однако основная часть раненых нуждалась в более длительном лечении в специализированных армейских ХППГ.
Первый специализированный ХППГ, принимавший раненных в череп главным образом с начала боевой операции до 10—12 февраля, смог направить на ГБФ большее число раненых, так как в течение февраля состояние послеоперационных и нетранспортабельных раненых улучшилось и позволило транспортировать их дальше. Сроки госпитализации после оперативного вмешательства достигли к концу февраля 3—31/2 недель. К тому же, как уже отмечалось, первый специализированный ХППГ располагался недалеко от ГБФ и был связан с ней хорошей дорогой. В результате к концу боевой операции в этом ХППГ оставалось для дальнейшего лечения лишь 2,6% всех поступивших раненных в череп.
Во втором специализированном ХППГ, принимавшем раненных в череп со второй половины боевой операции, нетранспортабельные раненые к концу февраля составили значительно больший процент. Это объясняется тем, что основная часть послеоперационных раненых еще находилась в нетранспортабельном состоянии со сроками после операции в 6—8—12 дней. Незначительная эвакуация раненных в череп с повреждением костей из второго специализированного ХППГ, составившая в феврале 57,2%, обусловлена также тем, что расстояние от этого специализированного ХППГ до ГБФ увеличилось; эвакуация раненых осуществлялась по железной дороге, а поэтому имелась зависимость эвакуации от расписания движения военно-санитарных поездов.
Перед погрузкой на транспорт производился повторный осмотр. В отдельных случаях, когда состояние раненных в череп за короткое время пребывания их в эвакуационном отделении ухудшалось, эвакуация их отменялась.
За всю боевую операцию было эвакуировано из двух специализированных ХППГ на ГБФ 86,1% раненных в череп, причем из числа раненных в череп с повреждением костей было эвакуировано 62,2%, а из числа раненных в мягкие ткани — 94,1%.
Лечение раненных в мягкие ткани черепа было организовано на ГБФ, где также располагались и предназначенные для этого учреждения данной армии.
Оперативная деятельность специализированных ХППГ характеризовалась производством первичных обработок ран черепа и мозга у 14,1% всех поступивших раненых. Хотя в процентном выражении эти данные указывают на относительно невысокую оперируемость раненных в череп, однако в абсолютном выражении число произведенных оперативных вмешательств значительно больше, чем количество подобных операций, произведенных во всех ХППГ разобранной армии за время боев по разгрому немцев под Москвой, или в так называемых специализированных ХППГ за весь полугодовой период Сталинградской битвы. Вместе с тем следует отметить, что близость мощной ГБФ обусловила направление из армии значительной части транспортабельных раненных в череп для обработки их в лечебных учреждениях фронтового района. Это особенно относится к первому расположенному недалеко от ГБФ армейскому специализированному госпиталю, где оперируемость составила всего лишь 11,3%, в то время как в более отдаленном, втором ХППГ она достигла 17,4%.
Загрузка госпиталей поступившими раненными в череп, естественно, обусловливала возрастание сортировочно-эвакуационной работы и уменьшение оперативной деятельности в дни больших поступлений, которая увеличивалась при сравнительно небольшом количестве прибывавших раненых. В частности, оперируемость среди раненных в череп за январь в первом ХППГ при поступлении большого числа раненых составила 10,4% и почти в два раза возросла в феврале, когда раненых поступало меньше, достигнув 20,5%. В феврале часть операций была произведена и некоторым раненым с непроникающими ранениями черепа.
Однако, как правило, в специализированных ХППГ оперировали раненых с проникающими повреждениями черепа и мозга, нетранспортабельных ввиду тяжести их состояния. В частности, во втором специализированном ХППГ среди поступивших раненных в череп с повреждением мозга было подвергнуто оперативному вмешательству 33,0%.
Для характеристики раненых, имевших проникающие ранения черепа и мозга и подвергшихся оперативным вмешательствам, следует прежде всего указать, что из них только 3,2% находились при поступлении в удовлетворительном состоянии и ясном сознании. Летальности в этой группе оперированных не было.
В 45,2% случаев оперативные вмешательства производились у раненых, у которых сознание было оглушено, а общее состояние было средней тяжести.
Показанием к операции в ХППГ служило в данных случаях раннее нагноение раны и признаки инфекционных осложнений со стороны мозга и его оболочек. Летальность в этой группе равнялась 8,2%.
Раненные в череп, поступившие в тяжелом состоянии и находившиеся без сознания, были подвергнуты оперативным вмешательствам после соответствующих консервативных мероприятий, составив 35,2% случаев всех оперированных раненых. Летальность среди оперированных в этой группе составила 25,4%.
Кроме того, следует особо выделить группы раненных в череп, у которых наблюдалось резкое психомоторное возбуждение при наличии ряда стволовых симптомов. Эта группа раненых составила 6,8% всех оперированных и дала сравнительно высокую летальность. Вместе с тем тот факт, что более 2/5 этих крайне тяжелых раненых выздоровело, говорит о том, что показания к операции были рационально обоснованы.
Наконец, 9,3% оперированных раненых составили поступившие в состоянии шока. Оперативные вмешательства на черепе предпринимались после противошоковой терапии, чаще после вмешательств на других органах, так как у большинства этих раненых имелись тяжелые множественные ранения черепа, груди, органов брюшной полости или переломы конечностей. Летальность среди оперированных раненых этой группы оказалась несколько меньшей, чем в предыдущей группе.