Работа дивизионных медицинских пунктов в первой половине июля во время наступления врая^еских войск проходила в очень тяжелых условиях. ДМП размещались в полуразрушенных общественных зданиях, сараях, колхозных амбарах, полусохранившихся зданиях школ, в крестьянских хатах и главным образом в землянках, палатках и шалашах.
Ряд ДМП подвергался артиллерийскому обстрелу и ожесточенным налетам авиации противника. Некоторые ДМП передислоцировались за эти короткие периоды обороны и контрнаступления по 10—14 раз. Эшело-нируясь на две группы, ДМП оставляли медицинский персонал для обслуживания послеоперационных и нетранспортабельных раненых, а сами двигались вперед за войсками.
Сроки поступления раненных в череп на ДМП во время боевой операции были следующие: в срок до 6 часов от момента ранения поступило 52,6%, после б часов — 47,4% раненных в череп. Состояние поступавших раненных в череп было в ряде случаев очень тяжелым, так как с ПМП были эвакуированы по возможности все раненые вне зависимости от их состояния. На ДМП раненные в череп распределялись на получивших повреждение костей (37,3%) и раненных в мягкие ткани черепа (62,7%).
На ДМП армии работа была организована так, что значительная часть раненных в череп прошла черев перевязочные, где производилась общая оценка состояния раненого, осмотр раны, бритье волос вокруг нее и наложение повязки. Однако на отдельных ДМП эти мероприятия начали проводить не с первых дней боевой операции, что заставило армейского.хирурга сразу же потребовать от некоторых ДМП четкого выполнения мероприятий по предупреждению вторичного инфицирования ран черепа и мозга и не ограничиваться только поверхностной стрижкой волос, без бритья волосистых частей головы.
На ДМП шок был отмечен у 23,3% раненных в череп с повреждением костей. Этих раненых направляли в ХППГ лишь после энергичной противошоковой терапии и выхода их из тяжелого состояния.
По всем ДМП за время боевой операции были произведены оперативные вмешательства у 9,8% раненных в череп, причем из числа раненных в череп с повреждением костей оперативным вмешательствам подверглось 4,5%, а среди раненных в мягкие ткани — 13,0%. Таким образом, операции производили на ДМП главным образом у легко раненных в череп.
Летальность среди всех оперированных оказалась равной 0,6%; в группе оперированных раненных в череп с повреждением костей — 3,6%. Это позволяет предположить, что оперативные вмешательства предпринимались преимущественно с профилактической целью. Летальных исходов среди оперированных раненных в мягкие ткани черепа не было.
Обращает на себя внимание неравномерность хирургической активности в отношении раненных в череп на некоторых ДМП. На отдельных ДМП. работавших в более спокойных условиях, оперируемость всех раненных в череп была сравнительно высокой, на других же ДМП условия работы были очень трудными, и операции на черепе вообще не производились или предпринимались лишь по самым неотложным показаниям.
Выздоровление на ДМП отмечено только среди раненных в мягкие ткани черепа (19,3%). Этот процент следует признать высоким, если учесть сложные условия работы ДМП и„их ограниченные возможности для госпитализации и детального обследования раненных в череп. Столь высокий процент выздоровлений объясняется тем, что некоторая часть раненых с поверхностными ранениями мягких тканей черепа и без признаков сотрясения мозга в анамнезе была оставлена на отдельных ДМП в качестве санитаров и обучена уходу за ранеными из-за потерь среди обслуживающего персонала.
Таким образом, хотя эти раненые и были признаны выздоровевшими, однако, работая на ДМП, они постоянно находились под врачебным наблюдением.
В качестве примера можно привести два ДМП, работавшие в различных условиях боевой обстановки. Один из них, понеся значительные потери обслуживающего персонала, оставил у себя на излечении около половины наиболее легко раненных в мягкие ткани черепа и по мере выздоровления этих раненых включал их в работу на ДМП. Другой ДМП, работая в более спокойных условиях, направил в ХППГ всех раненных в мягкие ткани черепа для неврологического и рентгенологического обследования и последующего лечения.
Эвакуировано со всех ДМП в лечебные учреждения армейского тыла 74,7% раненных в череп; из числа раненных в мягкие ткани черепа эвакуировано 72,3%. К концу изученного периода боевой операции этих раненых оставалось на излечении на ДМП 8,4%. Летальность среди них не отмечалась. Из тяжело раненных в череп с повреждением костей эвакуировано 78,9%, остальные же были оставлены на излечение на ДМП как нетранспортабельные.
Большая часть раненных в череп с повреждением костей была эвакуирована в армейский специализированный госпиталь автотранспортом, а в отдельных случаях — на санитарных самолетах. Из дефектов эвакуации следует отметить направление некоторых раненных в череп с повреждением костей не на носилках, а сидя. Санитарный автотранспорт в данной боевой операции работал достаточно четко. Имевшаяся санитарная авторота, а также приданные из фронта два санитарных автовзвода обеспечили своевременный вывоз раненых с ДМП. Для увеличения грузоподъемности на всех автомашинах было сделано по 4 добавочных подвесных носилок, что позволяло одновременно брать 8 лежачих и 4 сидячих раненых. В пути за ранеными наблюдал или сопровождавший их санинструктор, или медицинская сестра.
Дороги, ведущие к специализированному ХППГ армии, были в удовлетворительном состоянии и позволяли доставлять раненных в череп достаточно быстро и бережно.